Москва: +7 495 234 4959 Санкт-Петербург: +7 812 740 5823 Лондон: +44 (0)20 7337 2600

«Вынужденный и верный шаг» - комментарий Вадима Клювганта.

Защита адвоката Игоря Третьякова подала жалобу в Европейский суд по правам человека

Адвокат АП г. Москвы Станислав Шостак, защищающий Игоря Третьякова, подал от его имени жалобу в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ), посчитав очередное продление срока содержания под стражей незаконным. В документе указывается, что Игорь Третьяков уже не располагает внутренними средствами правовой защиты от имеющихся в его деле нарушений норм уголовно-процессуального законодательства. Заместитель председателя Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов, вице-президент АП г. Москвы Вадим Клювгант в комментарии пресс-службе ФПА РФ назвал обращение защиты в ЕСПЧ «вынужденным и верным шагом».

Как ранее писала «АГ», НПО им. С.А. Лавочкина заключило с адвокатом АК «Третьяков и партнеры» Игорем Третьяковым 23 договора на оказание юридических услуг. По ним адвокат получил более 332 млн руб. Впоследствии в отношении адвоката было возбуждено уголовное дело. Следствие посчитало, что Игорь Третьяков никакие услуги не оказывал, а полученные деньги делились между ним, генеральным директором НПО им. Лавочкина Сергеем Лемешевским и руководителем дирекции правового обеспечения предприятия Екатериной Аверьяновой.

В жалобе в ЕСПЧ указывается, что уголовное дело было возбуждено ГСУ СК по Московской области 20 июля 2018 г. в связи с совершением преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

В последующем следствие обратилось в Бабушкинский районный суд г. Москвы с ходатайством об избрании Третьякову меры пресечения в виде заключения под стражу. В ходатайстве указывалось, что адвокат обвиняется в совершении тяжкого группового преступления, за которое действующее законодательство устанавливает наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, при этом ущерб причинен РФ в особо крупном размере. Кроме того, не все лица, причастные к совершению преступления, установлены, а сам Третьяков находился в то время в федеральном розыске.

Следователь указал, что, находясь на свободе, Игорь Третьяков может скрыться от органов предварительного расследования, координировать свои действия с неустановленными лицами, причастными к совершению преступления, принять меры по сокрытию доказательств по делу и неправомерно воздействовать на участников, чем может препятствовать производству по делу.

31 июля 2018 г. Бабушкинский районный суд г. Москвы избрал адвокату меру пресечения в виде заключения под стражу сроком на 1 месяц 20 суток. В последующем срок содержания под стражей неоднократно продлевался и 18 декабря 2018 г. был продлен до 6 месяцев.

Следственные действия проводились с нарушением норм уголовно-процессуального законодательства. Так, Игорь Третьяков не был уведомлен о том, что в отношении него возбуждено уголовное дело: об этом он узнал только 25 июля 2018 г., когда сотрудник АК «Третьяков и партнеры» позвонил ему и сообщил о производстве обыска.

Кроме того, Третьяковым не была нарушена подписка о невыезде и надлежащем поведении от 25 июля 2018 г., поскольку о ней он узнал только 29 июля, когда был задержан в аэропорту г. Москвы. Следовательно, она не могла быть у него отобрана.

В жалобе подчеркивается, что постановление об объявлении в розыск, с приложением копий постановлений о привлечении в качестве обвиняемого, об избрании меры пресечения, справки о личности разыскиваемого, не позднее трех дней (после вынесения постановления) передается через канцелярию в розыскное подразделение правоохранительного органа. При получении материалов объявления обвиняемого в розыск сотрудник розыскного подразделения информирует личный состав правоохранительного органа о личности и приметах разыскиваемого, включая сведения об уклонении в суточную сводку о происшествиях и преступлениях. По месту жительства и работы разыскиваемого, а также в местах его вероятного нахождения выявляются лица, которым могут быть известны сведения о местонахождении обвиняемого либо иные данные, способствующие розыску.

При этом если первоначальные проверочные мероприятия не дали результатов, по истечении 10 суток принимается решение о заведении розыскного дела (ст. 10 Закона об ОРД). Если местный розыск не дает результатов, объявляется федеральный розыск. Следователь же 30 июля 2018 г. вынес постановление об отмене меры пресечения в виде подписки о невыезде и объявил Третьякова в федеральный розыск.

Отмечается, таким образом, что в один день – 25 июля 2018 г. следователем были вынесены постановления о привлечении Третьякова в качестве обвиняемого, об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении и о розыске обвиняемого. Подчеркивается, что все постановления вынесены одномоментно, а значит, Третьяков просто физически не мог их нарушить, что говорит о незаконности объявления адвоката в федеральный розыск.

Указано, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого вынесено незаконно. Так, Игорь Третьяков не мог совершить преступление с учетом своего служебного положения, поскольку к таким лицам отнесены перечисленные в п. 1 Примечания 1 к ст. 285 УК. Он же является действующим адвокатом, а значит, не осуществляет функции представителя власти либо выполняющего организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях. Кроме того, при задержании обвиняемому были разъяснены права в порядке ст. 46 УПК РФ как подозреваемому.

В жалобе указывается, что обвинение Игорю Третьякову было предъявлено по ст. 159 УК РФ при отсутствии реального потерпевшего и размера ущерба. В рамках гражданско-правового спора с адвоката взысканы денежные средства в пользу иного лица – НПО им С.А. Лавочкина, а не в пользу Роскосмоса, являющегося потерпевшим по делу.

Кроме того, возбуждение уголовного дело было инициировано прокуратурой Московской области посредством направления материалов в ГСУ СК по Московской области в порядке п. 4 ч. 1 ст. 140 УПК. Проверка проводилась по факту правомерности заключенных договоров между АК «Третьяков и партнеры» и НПО им С.А. Лавочкина. Само уголовное дело было возбуждено следственным органом без соответствующей проверки в порядке ст. 144 УПК.

Отмечается, что 31 июля 2018 г. Бабушкинский районный суд г. Москвы избрал в отношении Третьякова меру пресечения в виде заключения под стражу в порядке ст. 97, 98, 100, 108 УПК РФ. При этом судом не было принято во внимание предложенное защитой избрание меры пресечения в виде домашнего ареста по месту фактического проживания Третьякова.

Постановление суда было обжаловано в апелляционном и кассационном порядках. В дальнейшем мера пресечения неоднократно продлевалась и 18 декабря 2018 г. была продлена до 6 месяцев. Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ продление содержания под стражей свыше 6 месяцев допускается только при наличии исключительной сложности уголовного дела. Указанную сложность следователь обязан обосновать в суде, а суд – проверить указанные доводы. «Однако постановление Бабушкинского суда от 21 января 2019 г. не содержит обоснований, на которых судом сделан законный вывод о необходимости продления срока содержания под стражей Третьякову свыше 6 месяцев. Немотивированное решение суда является незаконным, а значит, Третьяков должен был быть освобожден», – подчеркивается в жалобе.

Отмечается, что постановление суда было обжаловано, однако Мосгорсуд оставил решение Бабушкинского суда в силе. При этом ответов на аргументы стороны защиты, изложенные в апелляционной жалобе, не дано, из чего следует, что доводы защиты не опровергнуты. «То есть шестимесячный пресекательный срок содержания под стражей был судом нарушен, а значит, Третьяков подлежал освобождению не позднее 29 января 2019 г.», – посчитал Станислав Шостак. Он добавил, что в настоящее время на указанные судебные акты подана кассационная жалоба в Президиум Московского городского суда.

Станислав Шостак также указал, что в отношении Игоря Третьякова был нарушен п. 3 ч. 1 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Так, согласно Конвенции освобождение может быть обусловлено предоставлением гарантий явки в суд. Защита просила избрать в отношении обвиняемого меру пресечения в виде домашнего ареста по месту постоянного проживания. Он отметил, что ни один из вынесенных судебных актов не содержал мотивированных объяснений, почему в отношении Третьякова не может быть избрана более мягкая мера пресечения. К тому же при продлении срока содержания под стражей свыше 6 месяцев должна быть соблюдена ч. 2 ст. 109 УПК РФ.

Защитник указал, что продление срока до 12 месяцев может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры с согласия прокурора субъекта РФ. Так, следователь должен был в заявленном ходатайстве не просто формально сослаться на сложность уголовного дела, но и привести как фактические, так и юридические основания.

Станислав Шостак отметил, что до настоящего момента следствием не представлено доказательств обоснованного уголовного преследования по ч. 4 ст. 159 УК РФ. Он добавил, что наличие обоснованного подозрения в том, что задержанный совершил преступление, является определяющим условием законности содержания под стражей, которое в дальнейшем каждый раз должно перепроверяться судом. Судебное разбирательство должно быть состязательным (Постановление ЕСПЧ по делу «Лебедев против России»).

Указывается, что имеется нарушение ч. 1 ст. 6 Конвенции, поскольку при предъявлении уголовного обвинения Игорь Третьяков имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом. В данный момент Третьяков не располагает внутренними средствами правовой защиты от изложенных в жалобе нарушений.

Кроме того, по мнению адвоката, имелось нарушение ст. 13 Конвенции, в соответствии с которой каждый, чьи права и свободы, признанные в Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Станислав Шостак рассказал о том, почему была подана жалоба в ЕСПЧ: «Мы считаем, что из продления в продление идет формальное рассмотрение дела, выносятся формальные постановления. По двум продлениям в апелляционной инстанции было установлено, что судом допущены ошибки. Разные судьи ссылались на протокол допроса свидетеля, который не был представлен. Это говорит либо о том, что они невнимательно изучали материалы дела, либо о том, что брали за основу постановление предыдущего судьи. Еще одна судья не обратила внимание на то, что квалифицирующий признак “организованная группа” был убран, она в постановлении указала об этом».

Станислав Шостак указал, что к каждому судебному процессу сторона защиты готовила письменное возражение и огромный объем документов, а также ссылалась на практику ЕСПЧ. «Наша позиция была достаточно широко и объемно представлена, в то время как следователем направлялись одинаковые ходатайства. Суды, в свою очередь, выносили одинаковые постановления. Это привело к тому, что мы по одному из продлений подали жалобу в ЕСПЧ о том, что нарушается право на судебную защиту», – резюмировал защитник.

Заместитель председателя Комиссии Совета ФПА РФ по защите прав адвокатов, вице-президент АП г. Москвы Вадим Клювгант обратил внимание на тот факт, что защита Игоря Третьякова обратилась в ЕСПЧ не по существу обвинения, а в связи с длительным и необоснованным содержанием его под стражей.

Комментируя пресс-службе ФПА РФ саму ситуацию, в которую попал Игорь Третьяков, Вадим Клювгант сказал: «Изначально вызывает недоумение и протест заключение адвоката под стражу по крайне сомнительному обвинению, к тому же экономическому и касающемуся давних событий. Никаких внятных и законных объяснений этой жестокости и ущемления фундаментального права человека на свободу как не было, так и нет. Когда же эта ситуация становится хронической, а российские суды упорно не вводят ее в русло законности и обоснованности, обращение защиты в ЕСПЧ является вынужденным и верным шагом».

Источник