Москва: +7 495 234 4959 Санкт-Петербург: +7 812 740 5823 Лондон: +44 (0)20 7337 2600

Минюст составляет список случаев, при которых коррупционеров можно не наказывать. Журнал «Профиль», 4 февраля 2019 года

С подачи Минюста в политической лексике России появилось экзотическое выражение – «коррупционные действия, совершенные при обстоятельствах непреодолимой силы». И в случае возникновения таких обстоятельств, по мнению ведомства, виновного следует освободить от ответственности. Сейчас Минюст совместно с МВД, Генпрокуратурой, СК и Минтруда готовит поправки в действующее законодательство. Какие именно силы помешают чиновнику отказаться от взятки, пока не разглашается, но эта новация уже вызвала в СМИ и соцсетях волну саркастических предположений. Эксперты разделились на два лагеря: одни говорят о несовершенстве правоприменения, другие – о новом коррупциогенном факторе.

Итак, что же произошло? Министерство юстиции России опубликовало на федеральном портале проектов нормативных правовых актов уведомление о начале разработки законодательных изменений, согласно которым нарушение антикоррупционного законодательства вследствие обстоятельств непреодолимой силы не будет считаться правонарушением.

«В определенных обстоятельствах соблюдение ограничений и запретов, требований о предотвращении или об урегулировании конфликта интересов и исполнение обязанностей, установленных в целях противодействия коррупции, невозможно в силу объективных причин, – говорится в уведомлении. – При этом освобождения от ответственности законодательством Российской Федерации не предусмотрено».

Если в ходе проверки обстоятельств дела установлено, что вина чиновника отсутствует, его действие (бездействие) не может быть квалифицировано как коррупционное правонарушение, и наказывать его нельзя, считают в Минюсте.

В документе отмечается, что работа над поправками в закон «О противодействии коррупции» велась во исполнение Национального плана противодействия коррупции на 2018–2020 годы.

Итогом этой работы стал доклад, уже внесенный в правительство, но не обнародованный. Минюст собирался опубликовать готовый законопроект с разъяснением форс-мажорных обстоятельств после общественного обсуждения, которое должно закончиться 8 февраля.

Положительная динамика

Федеральный закон «О противодействии коррупции» включает в понятие «коррупция» следующие правонарушения: злоупотребление служебным положением, дача или получение взятки, коммерческий подкуп, использование должностного положения для получения выгоды (включая услуги или имущественные права для третьих лиц), в том числе от имени или в интересах юрлица.

В декабре Генпрокуратура предоставила статистику коррупционных преступлений за 2018 год. С января по октябрь их было зафиксировано 27,1 тыс., что на 1,9% больше, чем за аналогичный период предыдущего года. Только на получении взятки (ст. 290 УК РФ) попались 3171 человек (на 9,4% больше, чем годом ранее). При этом в ведомстве уточнили, что рост коррупции наблюдается в Москве, Подмосковье и на Кубани.

Общая сумма выявленных в 2018 году взяток достигла 1,8 млрд рублей, что на 3% больше, чем год назад. Средний размер взятки – 609 тыс. рублей.

Спектр наказаний за коррупцию включает как уголовную, так и административную и дисциплинарную ответственность. Например, за взятку можно получить 15 лет тюрьмы, а за непредоставление декларации о доходах или непринятие мер по предотвращению конфликта интересов чиновника просто уволят в связи с утратой доверия. При этом наказание последует, если деяние общественно опасное и причи-няет вред.

Освобождение от ответственности в силу обстоятельств непреодолимой силы сейчас уже используется. Например, законодательство о госзакупках предусматривает возможность неисполнения обязательств по контракту из-за наводнения, пожара, землетрясения, диверсии, военных действий, изменений законодательства и других чрезвычайных происшествий.

Однако каким образом ЧП могли бы помешать чиновнику взять взятку или задекларировать виллу на островах, не очень понятно.

Когда невозможно устоять

Расплывчатые формулировки ведомства на такую болезненную для россиян тему, как коррупция чиновников, вызвали в обществе волну негатива. СМИ и соцсети полны издевательских предположений и комментариев, что вынудило Минюст дать объяснения.

Оказалось, речь идет не о преступлениях, а лишь о небольших нарушениях или несоблюдении госслужащими установленных для них обязательств и ограничений. Например, о декларировании доходов, расходов и имущества супругой чиновника, с которой он находится в процессе развода, или о предотвращении конфликта интересов в отдаленных и малонаселенных поселках.

Необходимость внесения изменений продиктована правоприменительной практикой, рассказал председатель Национального антикоррупционного комитета (НАК), член Экспертного совета при управлении президента по вопросам противодействия коррупции Кирилл Кабанов.

Например, закон запрещает госслужащим иметь счета за рубежом. Но некоторые чиновники не могут закрыть действующий счет из-за санкций, запрещающих им въезд в страну. По закону их должны уволить, но они же не пытаются скрыть средства, вывести их или использовать. Это и есть обстоятельства непреодолимой силы.

В законопроекте ведомства пропишут конкретные случаи таких обстоятельств и правонарушений, при которых они должны учитываться, говорит Кабанов.

Щекотливые ситуации

Ответственность могут повлечь только умышленные деяния, причем в форме прямого умысла, полагает партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Алексей Добрынин.

«В учебнике по уголовному процессу написано: лицо осознавало общественную опасность своих действий, предвидело общественно опасные последствия и желало их наступления. Все остальные случаи, когда имеются признаки несоблюдения лицом антикоррупционных требований, не образуют правонарушения», – говорит он.

По мнению адвоката, говорить о каких-то конкретных примерах было бы неправильно. Каждое коррупционное действие, как отмечает Верховный суд, должно оцениваться отдельно с учетом всех обстоятельств дела и установленных в законодательстве исключений. Поэтому никакого закрытого перечня действий, исключающих преступность деяния, быть не может.

Пока Минюст не представит текст законопроекта и детальное обоснование необходимости его принятия, можно только строить предположения, откуда взялась такая идея, отмечает советник Федеральной палаты адвокатов Евгений Рубинштейн.

«Можно предположить, что в ходе применения антикоррупционного законодательства возникли ситуации, когда имело место явно несправедливое привлечение к ответственности должностного лица за нарушение установленных норм. Вместо того чтобы вынести на общественное обсуждение подобные случаи и обосновать необходимость их устранения через поправки в антикоррупционное законодательство, автор законопроекта предлагает обсудить идею в самом широком виде. Естественно, в подобных случаях возникает очень много вопросов как к актуальности этого законопроекта, так и к его содержанию», – говорит он.

Например, возможны ситуации, когда чиновник не может указать или доказать наличие (отсутствие) недвижимости в иностранном государстве у него или его родственников в связи с тем, что иностранное государство не отвечает на запросы из России. Такие случаи могли иметь место по отношению к крымским чиновникам, которые имели или имеют собственность на Украине.

Перечень таких случаев не может быть открытым в связи с особенностями самого правонарушения, полагает Рубинштейн. Исходя из специфики предлагаемого правового института, было бы логичным использовать казуистический прием с перечислением конкретных ситуаций. Но неизвестно, имеется ли «банк данных» таких случаев у авторов законопроекта. Если нет, то на практике возможны ситуации с явно неправильным применением этой нормы и необоснованным освобождением от ответственности. А в условиях, когда сама процедура рассмотрения подобных правонарушений носит закрытый характер, количество таковых может нивелировать саму идею и стать новым коррупциогенным фактором, считает советник ФПА.

Марина Юршина.

Источник